Телефонный звонок в половине третьего ночи окончательно прогнал тщетные попытки уснуть. Ростислав Викентьевич зажёг бра и с трудом нащупал тапки. «Ну, кто ещё, кроме Анюты, может позвонить посреди ночи. Не может запомнить простую вещь: когда в Нью-Йорке четыре часа пополудни − у нас глубокая ночь», подумал он, пока брёл к стоящему на письменном столе телефону Папа, привет! Как дела?
Читать полностью...
Читать полностью...