Рашид + Оля
Ветер нам поет и зовет нас в горы.
Вечер сладким вином смешит.
Если небо стало для нас забором,
Напишу на нем "Оля + Рашид".
А в книге регистрации мог бы расписаться
Таракан с чернилами на усах.
Стопроцентный брак допускают в ЗАГСах,
Но любовь вершится на небесах.
Дырочки прожгу - пусть в них звезды светятся
Да не в огороде, а во саду.
У любви - двенадцать братушек-месяцев,
А луна сестренкою на меду.
Лезут космонавты в созвездие Девы,
Ищут теплых лет да долгих котлет.
Но чтобы жить на свете одним припевом,
Каждый должен выдумать свой куплет.
Дай нам, Боже, хлеба и дай нам соли!
Дай нам, Сатана, табаку-вина.
Напишу куда надо "Рашид + Оля".
Будет эта пара любви равна.
Пусть они идут босиком по лестнице,
Муж идет с невестой, с женой - жених.
У любви - двенадцать рогатых месяцев,
Да луна-пастушка всегда при них.
Вот тебе кино! Погляди на рублики!
Съемка урожая - себе в убыток.
Ведь любой народный артист без публики -
Это кинокамера скучных пыток.
Первый класс не спорит с чужими школами.
А любитель сладкого пусть поймет -
Только тот, кто честно искусан пчелами,
Знает, что такое хороший мед.
Пусть на этой ленте рубли повесятся,
Каждому усилию - по плоду.
У любви - по кадру - двенадцать месяцев
И луна, как лампа, на всем году.
Вишня
В поле вишенка одна
ветерку кивает.
Ходит юная княжна,
тихо напевает:
- Что-то князя не видать,
песенки не слышно.
Я его устала ждать,
замерзает вишня...
В поле снег да тишина.
Сказку прячет книжка.
Веселей гляди, княжна!
Да не будь трусишкой.
Темной ночью до утра
звезды светят ясно.
Жизнь - веселая игра.
А игра прекрасна!
Будь смела и будь нежна
даже с волком в поле.
Только радуйся, княжна,
солнышку и воле.
Будь свободна и люби
все, что сердцу мило.
Только вишню не руби-
в ней святая сила.
Пусть весна нарядит двор
в яркие одежды.
Все, что будет до тех пор,
назовем надеждой.
Нам ли плакать и скучать,
открывая двери ?
Свету теплого луча
верят даже звери.
Всех на свете обними
и осилишь стужу.
Люди станут добрыми,
слыша твою душу.
И войдет в твой терем князь,
сядет к изголовью...
Все, что будет всякий раз,
назовешь любовью.
Всем дается по душе,
всем на белом свете.
В каждом добром мальчише,
в женщинах и в детях
Эта песенка слышна,
и поет Всевышний...
Начинается весна,
расцветает вишня.
Пляши в огне
Ой-е-е-ей! Бог с тобой!
Ой-е-е-ей! Бог с тобой!
Если я с собой не в ладу, чтоб ей оборваться, струне,
Но раз уж объявился в аду - так и пляши в огне!
Раз ужe в аду, так ты пляши в огне.
Сходу пропаду, если нет ни души во мне.
Мне бы сотворить ворота у трех дорог.
Да небо своротить охота до судорог.
Гадами ползут времена, где всяк себе голова.
Нынче - Страшный Зуд. На, бери меня, голого!
Нынче Скудный день. Горе - горном, да смех в меха!
С пеньем на плетень, - горлом - красного петуха.
С ниточки по миру отдам, значит сберегу.
С ниточки по миру - да что я еще могу!
Но сбей озноб да брось меня в пот.
Каков лоб, таков и приход.
Но дай восход, и я его подожгу.
Воля уготована всем кому вольготно.
Мне с моею милою - рай на шабаше.
У меня есть все, что душе угодно,
Но это только то, что угодно душе.
Ой, не лей елей, да я не пью, я пою, да нынче мне в седло.
Пей да не жалей, ведь праздник на моей стороне.
Все бы хорошо, да в одиночку не весело.
Да почему бы нам с тобой не плясать в огне!
Чтобы пятки не жгли угли да не пекла зола.
Да не рубиться в рубли да от зла не искать бы зла.
Я тобой живу, но прости, мне сны - не житье
И я не согрешу против истины, согрешив за нее
Я тебя люблю, и я иду на звон струны из твоей косы
Мы обручены, и значит время задуть часы
Время выйти в лес, где поляны твои святы
Времени в обрез - цветы и еще цветы.
Я тебя люблю, и я уйду, раз уж я пришел.
Я тебя люблю, по колено мне трын-трава.
Так вей слaвянским словом молва, как все хорошо!
Славно на земле, где всяк всему голова.
Я тебя люблю, и в облака смотрю свысока.
Весело ли грустно, да по Руси по руслу речёт река
Как течёт река в облака, а на самом дне
Мечется огонь, и я там пляшу в огне!
Когда мы вдвоем
Когда мы вдвоем
Я не помню, не помню, не помню о том, на каком
мы находимся свете.
Всяк на своем. Но я не боюсь измениться в лице,
Измениться в твоем бесконечно прекрасном лице.
Мы редко поем
Мы редко поем, но когда мы поем, поднимается ветер.
И дразнит крылом. Я уже на крыльце.
Хоть смерть меня смерь
Да хоть держись меня жизнь
Я позвал сюда Гром - вышли смута, апрель и гроза
Ты только поверь
Если нам тяжело - не могло быть иначе,
Тогда почему кто-то плачет?
Оставь воду цветам. Возьми мои глаза.
Поверь - ты поймешь
Как мне трудно раздеться
Когда тебя нет, когда некуда, некуда, некуда деться
Поверь - и поймешь
То, что я никогда
Никогда уже не смогу наглядеться туда
Где мы, где мы могли бы согреться,
Когда будет осень,
И осень гвоздями вколотит нас в дрожь.
Пойми - ты простишь
Если ветрeной ночью я снова сорвусь с ума
Побегу по бумаге я
Этот путь длиною в строку, дa строка коротка
Строка коротка.
Ты же любишь сама
Когда губы огнем лижет магия
Когда губы огнем лижет магия языка.
Прости - и возьмешь
И возьмешь на ладонь мой огонь
И все то, в чем я странно замешан
Замешанo густо. Раз так, я как раз и люблю
Вольно кобелю
Да рубил бы я сук
Я рубил бы всех сук, на которых повешен.
Но чем больше срублю, тем сильней затяну петлю.
Я проклят собой
Oсиновым клином живое, живое, живое восстало в груди
Все в царапинах да в бубенцах
Имеющий душу да дышит. Гори - не губи
Сожженной губой
я шепчу, что, мол, я сгоряча, да в сердцах, я в сердцах
А в сердцах - да я весь, я в сердцах.
И каждое бьется об лед, но поет, так любое бери и люби.
Бери и люби.
Не держись, моя жизнь,
смертью после измеришь.
И я пропаду ни за грош
потому что и мне ближе к телу сума
Так проще знать честь
И мне пора
Мне пора уходить следом песни, которой ты веришь
Увидимся утром, тогда ты поймешь все сама.
Когда мы вместе
Добрым полем, синим лугом
все опушкою да кругом
все опушкою-межою
мимо ям да по краям
И будь, что будет
Забудь, что будет, отродясь
Я воли не давал ручьям
Да что ты, князь? Да что ты брюхом ищешь грязь?
Рядил в потемки белый свет
Блудил в долгу да красил мятежом
Ой-й-й да перед носом ясный след
И я не смог не смог ударить в грязь ножом
Да наши песни нам ли выбирать?
Сбылось насквозь.
Да как не ворожить?
Когда мы вместе - нам не страшно умирать.
Когда мы врозь - мне страшно жить.
Целовало меня Лихо,
Да только надвое разрезало язык
Намотай на ус на волос,
зазвени не в бусы - в голос,
Нить - не жила, не кишка
да не рвется, хоть тонка
А приглядись: да за Лихом - Лик
за Лихом - Лик
И Все святые пущены с молотка
Да не поднять крыла, да коли песня зла
Судя по всему - это все по мне
Все по мне, да мне мила стрела
Белая каленая в колчане
Наряжу стрелу вороным пером
Да пока не грянул Гром,
Отпущу да стены выверну углом
Провалиться мне на месте, если с места не сойти
Давай, я стану помелом
Садись, лети!
Да ты не бойся раскружить!
Не бойся обороты брать!
Когда мы врозь - не страшно жить.
Когда мы вместе - нам не страшно умирать.
Забудь, что будет
И в ручей мой наудачу брось пятак
Когда мы вместе - все наши вести в том, что есть
Мы можем многое не так
Небеса в решете, роса на липовом листе
и все русалки о серебряном хвосте
ведут по кругу нашу честь
Ой да луна не приходит одна
Прикажи - да разом сладим языком в оладиях
А прикажешь языком молоть - молю
Молю о том, что все в твоих ручьях
Пусть будет так, пусть будет так, как я люблю!
И в доброй вести не пристало врать
Мой крест - знак действия, чтоб голову сложить
За то, что рано умирать
за то, что очень славно жить
За то, что рано умирать
За то, что очень нужно жить
Имя Имен
Имя имен
в первом вопле признаешь ли ты, повитуха?
Имя имен...
Так чего ж мы, смешав языки, мутим воду в речах?
Врем испокон -
вродь за мелким ершом отродясь не ловилось ни брюха, ни духа!
Век да не вечер,
хотя Лихом в омут глядит битый век на мечах.
Битый век на мечах.
Вроде ни зги...
Да только с легкой дуги в небе синем
опять, и опять, и опять запевает звезда.
Бой с головой
Затевает еще один витязь,
в упор не признавший своей головы.
Выше шаги!
Велика ты, Россия, да наступать некуда.
Имя Имен
ищут сбитые с толку волхвы.
Шаг из межи...
Вкривь да врозь обретается верная стежка-дорожка.
Сено в стогу.
Вольный ветер на красных углях ворожит Рождество.
Кровь на снегу -
Земляника в январском лукошке.
Имя Имен...
Сам Господь верит только в него.
А на печи
Разгулялся пожар-самовар да заварена каша.
Луч - не лучина
На белый пуховый платок.
Небо в поклон
До земли обратим тебе, юная девица Маша!
Перекрести
нас из проруби да в кипяток.
Имя Имен
не кроить пополам, не тащить по котлам, не стемнить по углам.
Имя Имен
не урвешь, не заманишь, не съешь, не ухватишь в охапку.
Имя Имен
взято ветром и предано колоколам.
И куполам
не накинуть на Имя Имен золотую горящую шапку.
Имя Имен...
Да не отмоешься, если вся кровь да как с гуся беда
и разбито корыто.
Вместо икон
станут Страшным судом - по себе - нас судить зеркала.
Имя Имен
вырвет с корнем все то, что до срока зарыто.
В сито времен
бросит боль да былинку, чтоб истиной к сроку взошла.
Ива да клен...
Ох, гляди, красно солнышко врежет по почкам!
Имя Имен
запрягает, да не торопясь, не спеша
Имя Имен...
А возьмет да продраит с песочком!
Разом поймем
Как болела живая душа.
Имя Имен
Эх, налететь бы слепыми грачами на теплую пашню
Потекло по усам... Шире рот!
Да вдруг не хватитит на бедный мой век!
Имя Имен прозвенит золотыми ключами...
Шабаш! Всей гурьбою на башню!
Пала роса.
Пала роса.
Да сходил бы ты по воду, мил человек!
Вечный пост
Засучи мне, Господи, рукава!
Подари мне посох на верный путь!
Я пойду смотреть, как твоя вдова
В кулаке скрутила сухую грудь.
В кулаке скрутила сухую грудь.
Уронила кружево до зари.
Подари мне посох на верный путь!
Отнесу ей постные сухари.
Отнесу ей черные сухари.
Раскрошу да брошу до самых звезд.
Гори-гори ясно! Гори...
По Руси, по матушке - Вечный пост.
Хлебом с болью встретят златые дни.
Завернут в три шкуры да все ребром.
Не собрать гостей на твои огни.
Храни нас, Господи!
Храни нас, покуда не грянет Гром!
Завяжи мой влас песней на ветру!
Положи ей властью на имена!
Я пойду смотреть, как твою сестру
Кроют сваты в темную, в три бревна.
Как венчают в сраме, приняв пинком.
Синяком суди, да ряди в ремни.
Но сегодня вечером я тайком
Отнесу ей сердце, летящее с яблони.
Пусть возьмет на зуб, да не в квас, а в кровь.
Коротки причастия на Руси.
Не суди ты нас! На Руси любовь
Испокон сродни всякой ереси.
Испокон сродни черной ереси.
На клинках клялись. Пели до петли.
Да с кем не куролесь, где не колеси,
А живи, как есть - в три погибели.
Как в глухом лесу плачет черный дрозд.
Как присело солнце с пустым ведром.
Русую косу правит Вечный пост.
Храни нас, Господи, покуда не грянет Гром!
Как искали искры в сыром бору.
Как писали вилами на Роду.
Пусть пребудет всякому по нутру.
Да воздастся каждому по стыду.
Но не слепишь крест, если клином клин.
Если месть - как место на звон мечом.
Если все вершины на свой аршин.
Если в том, что есть, видишь, что почем.
Но серпы в ведре да серебро в ведре
Я узрел, не зря. Я - боль яблока
Господи, смотри! Видишь? На заре
Дочь твоя ведет к роднику быка.
Молнию замолви, благослови!
Кто бы нас не пас Худом ли, Добром,
Вечный пост, умойся в моей любви!
Небо с общину.
Все небо с общину.
Мы празднуем первый Гром!
Слыша Высоцкого
1.Хорошо, коли так. Коли все неспроста.
Коли ветру все дуть, а деревьям - качаться.
Коли весело жить, если жить не до ста.
А потом уходить - кто куда - а потом все равно
возвращаться.
Возвращаются все. И друзья и враги
Через самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все. И идут на круги.
И опять же не верят судьбе. Кто больше,
кто меньше.
Хорошо, коли так. Значит, ищут судьбу.
А находят себя, если все же находят.
Если дырку во лбу вы видали в гробу
Приказав долго жить, вечным сном, дуба дав
или как там еще в обиходе?
Только вечный огонь все равно прогорит.
Пусть хорош этот сон. Только тоже не вечен.
На Молочном пути вход с востока открыт
И опять молоко по груди, по губам...
И нельзя изменить место встречи.
2.Если баба трезва, если баба скушна,
Да может, ей нелегко, тяжело да не весело с нами?
А налей-ка вина
А достань-ка до дна
Ох, отсыплет зерна и отдаст тебе все,
Чем поднять в печке пламя.
И опять каравай собираешь по крохам.
И по каплям опять в кипяток свою кровь.
Жизнь... Она не простит только тем,
кто думал о ней слишком плохо.
Баба мстит лишь за то, что не взял,
что не принял любовь.
Так слови свое Слово, чтобы разом начать все дела.
Как положено, все еще раз положить на лопатки.
Чтобы девочка - Время из сказок косу заплела.
Чтобы Время - мальчишка пугал и стрелял из рогатки.
Чтоб они не прощали, когда ты игру не поймешь,
Когда мячик не ловишь и даже не плачешь в подушку.
Погремушка гремит, да внутри вся пуста.
Скушно слушать сто раз. Надоест даже сказка.
Так не ждал бы, пока досчитают до ста.
Лучше семь раз услышать - один раз сказать
Или спеть,
Да не сдвоить, а строить, сварить, доказать,
Но для этого в сказке ты должен учуять подсказку.
Чтобы туже вязать, нужно чувствовать близость развязки.
3.Колея по воде... Но в страну всех чудес
Не проехать по ней, да еще налегке, да с пустым разговором.
Так не спрашивай в укор :
- Ты зачем в воду лез?
Я, конечно, спою. Я, конечно, спою.
Но хотелось бы хором.
Хорошо, если хор в верхней ноте подтянет,
подтянется вместе с тобою.
Кто во что, но душевно и в корень,
и корни поладят с душой.
Разве что-то не так?
Вроде все, как всегда, то же небо опять голубое.
Видно, что-то не так,
Если стало вдруг так хорошо.
Только что тут гадать? Высоко до небес.
Да рукою подать до земли, чтоб месить тили-тесто.
Если ты ставишь крест на стране всех чудес,
Значит, ты для креста выбрал самое верное место.
А наши мертвые нас не оставят в беде.
Наши павшие, как на часах часовые.
Но отражается небо во мне и в тебе
И во Имя Имен пусть живых не оставят живые.
В общем, места в землянке хватает на всех.
А что просим? Да мира и милости к нашему дому!
И несется сквозь тучи забористый смех:
- Быть - не быть? В чем вопрос, если быть
не могло
по-другому!
На жизнь поэтов
Поэты живут. И должны оставаться живыми.
Пусть верит перу жизнь, как истина в черновике.
Поэты в миру оставляют великое имя,
затем, что у всех на уме - у них на языке.
Но им все трудней быть иконой в размере оклада.
Там, где, судя по паспортам - все по местам.
Дай Бог им пройти семь кругов беспокойного лада,
По чистым листам, где до времени - все по устам.
Поэт умывает слова, возводя их в приметы
подняв свои полные ведра внимательных глаз.
Несчастная жизнь! Она до смерти любит поэта.
И за семерых отмеряет. И режет. Эх, раз, еще раз!
Как вольно им петь.И дышать полной грудью на ладан...
Святая вода на пустом киселе неживой.
Не плачьте, когда семь кругов беспокойного лада
Пойдут по воде над прекрасной шальной головой.
Пусть не ко двору эти ангелы чернорабочие.
Прорвется к перу то, что долго рубить и рубить топорам.
Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия.
К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам.
Поэты идут до конца. И не смейте кричать им - Не надо!
Ведь Бог... Он не врет, разбивая свои зеркала.
И вновь семь кругов беспокойного, звонкого лада
глядят Ему в рот, разбегаясь калибром ствола.
Шатаясь от слез и от счастья смеясь под сурдинку,
свой вечный допрос они снова выводят к кольцу.
В быту тяжелы. Но однако легки на поминках.
Вот тогда и поймем, что цветы им, конечно, к лицу.
Не верте концу. Но не ждите иного расклада.
А что там было в пути? Метры, рубли...
Неважно, когда семь кругов беспокойного лада
позволят идти, наконец, не касаясь земли.
Ну вот, ты - поэт... Еле-еле душа в черном теле.
Ты принял обет сделать выбор, ломая печать.
Мы можем забыть всех, что пели не так, как умели.
Но тех, кто молчал, давайте не будем прощать.
Не жалко распять, для того, чтоб вернуться к Пилату.
Поэта не взять все одно ни тюрьмой, ни сумой.
Короткую жизнь. - Семь кругов беспокойного лада -
Поэты идут.
И уходят от нас на восьмой.
Все будет хорошо
Как из золота ведра каждый брал своим ковшом
Все будет хорошо
Ты только не пролей
Страшно, страшно
А ты гляди смелей
Гляди да веселей
Как из золота зерна каждый брал на каравай
Все будет хорошо
Велика казна
Только, только
Ты только не зевай, бери да раздавай
Но что-то белый свет в крови
Да что-то ветер за спиной
Всем сестрам - по любви
Ты только будь со мной
Да только ты живи
Только не бывать пусту
Ой да месту святому
Всем братьям - по кресту виноватому
Только, только подмоги не проси
Прими и донеси
И поутру споет трубач
Песенку твоей души
Все будет хорошо
Только ты не плачь
Скоро, скоро
Ты только не спеши
Ты только не спеши
В чистом поле...
В чистом поле - дожди косые.
Эй, нищета - за душой ни копья!
Я не знал, где я, где Россия
И куда же я без нея?
Только время знобит, колотит.
Кто за всех, если дух - на двух?
В третьей роте без крайней плоти
Безымянный поет петух.
Не умею ковать железо я -
Ох, до носу мне черный дым!
На второй мировой поэзии
Признан годным и рядовым.
В чистом поле - дожди косые,
Да нет ни пропасти, ни коня.
Я не знал, как любить Россию,
А куда ж она без меня?
И можно песенку прожить иначе,
Можно ниточку оборвать.
Только вырастет новый мальчик
За меня, гада, воевать.
Так слушай, как же нам всем не стыдно?
Эй, ап - спасите ваши души!
Знаешь, стыдно, когда не видно
Что услышал ты то, что слушал.
Стань живым - доживешь до смерти.
Гляди в омут и верь судьбе -
Как запискe в пустом конверте,
Адресованный сам себе.
Там, где ночь разотрет тревога,
Там, где станет невмоготу -
Вот туда тебе и дорога,
Наверстаешь свою версту.
В черных пятнах родимой злости
Грех обиженным дуракам.
А деньги - что ж, это те же гвозди,
И так же тянутся к нашим рукам.
Но я разгадан своей тетрадкой -
Топором меня в рот рубите!
Эх, вот так вот прижмет рогаткой -
И любить или не любить!
Но хоть жалейте, но до утраты
А кровь - она ох, красна на миру!
Пожалейте сестру, как брата -
Я прошу вас, а то помру.
А с любовью - да Бог с ней, с милой...
Потому, как виновен я.
Ты по ми - не скули, помилуй,
Плачь по всем, плачь, аллилуя!
На фронтах мировой поэзии
Люди честные - все святы.
Я не знал, где искать Россию,
А Россия есть росс и ты.
И я готов на любую дыбу.
Подними меня, милая, ох!
Я за все говорю - спасибо.
Ох, спаси меня, спаси, Бог!
В чистом поле - дожди косые.
Да мне не нужно ни щита, ни копья.
Я увидел тебя, Россия.
А теперь посмотри, где я.