О заимствованиях в песнях и не только...
Пусть всегда будет солнце... — до поры-до времени эти слова звучали, как светлое пожелание. А потом появилась песня с таким названием "Пусть всегда будет солнце" — музыка А. Островского, слова Л. Ошанина. Началась яркая жизнь: песня звучала повсеместно: на торжественных собраниях и в бытовых условиях. Песня пришлась по душе...
Во всяком явлении можно отметить две стороны: комплиментарную и проблематичную. В этом плане я настроен не на академический разговор о праве, а на анализе мнений о причудах заимствований и плагиата на примере судьбы одной песни.
Музыковеды часто отмечают, что Островский при написании этой песни использовал классические приемы и интонации, которые вызывают ассоциации с другими произведениями. Запевы песни ("Солнечный круг, небо вокруг...") написаны в строгом, маршевом и немного тревожном миноре. Но когда вступает припев ("Пусть всегда будет солнце..."), музыка переходит в светлый и ликующий мажор.
Этот прием часто использовался русскими классиками (например, Чайковским и Рахманиновым) для создания эффекта преодоления тьмы и выхода к свету. Мелодика припева опирается на так называемые "золотые ходы" классической европейской музыки и фанфарные интервалы, из-за чего песня мгновенно запоминается и звучит как торжественный международный гимн.
В патентном праве ограничение самостоятельного использования прав на изобретение ограничивается частью, обозначенной словами: "отличающееся тем, что" — и далее по пунктам отличия, на которые распространяется авторское свидетельство или патент. Всё остальное — общая собственность. Используй в изделиях, пиши, указывай источники — попутного тебе ветра. Один классический пример: главным пунктом в патенте на швейную машинку со всеми её сложностями, конструктивными находками и прибамбасами является фраза об игле с отверстием для нитки на остром конце! В остальном — свобода реализации (и присвоения...)
Теперь представим песню с позиций заимствования и присвоений. Похоже, что в сегодняшнем авторском праве песня едина со своей музыкой и своим текстом. Исполняешь песню — отстёгивай роялти автору, наигрываешь мелодию или вслух читаешь стих — никому ничем не обязан...
Возможно я не совсем (или жёстче: совсем!) не точен. Но с этих позиций мне хочется поговорить о судьбе песни Островского-Ошанина "Пусть всегда будет солнце" (в дальнейшем ПВБС).
Впервые песню исполнила Майя Кристалинская в июле 1962 года в передаче Всесоюзного радио "С добрым утром!" Мировую известность песне принесло исполнение Тамарой Миансаровой на VIII Всемирном фестивале молодёжи и студентов в финской столице Хельсинки (1962-м), а также победа и на Международном фестивале песни в польском Сопоте (1963-м)
История создания песни ПВБС богата и интересна. В 1928 году мама объясняла 4-летнему сыну Косте Баранникову смысл слова "всегда". И мальчик придумал стишок:
Пусть всегда будет солнце,
Пусть всегда будет небо,
Пусть всегда будет мама,
Пусть всегда буду я.
Корней Чуковский процитировал эти слова в своей знаменитой книге "От двух до пяти".
Лев Ошанин использовал эти незамысловатые детские строки как припев песни.
Художник Николай Чарухин в 1961 году сделал плакат с детским четверостишьем "Пусть всегда будет солнце..." Плакат появился на год раньше песни. Поэт Лев Ошанин увидел этот плакат, это подтолкнуло его написать стихотворение, ставшее популярной песней, подлинным шлягером.
Как это назвать такое зарождение песни — плагиат? Или по-дворовому: стибрил, слямзил, сбондил, схомячил... Во всяком случае, в русскоязычном тексте имя только одного автора слов... Остальные имена, как бы поучаствовавшие в написании слов песни, находятся в туне, они появляются только при поиске.
Всё просто и не очень... Давайте коснёмся истоков в совсем другой сфере, с которой волей нашей организации мы соприкасаемся несколько раз каждый день — еды. На завтрак, обед или ужин мы выбираем те или иные блюда. У каждого из них во тьме ушедших лет и веков были авторы. Таким образом, мы, в том же лексиконе, тырим названия и технологию изготовления. Нужно ли судить нас за это? Нужно ли судить повара высокой кухни, который придумал небольшой нюанс, и блюдо получает новое название с его именем? Думаю, что не будете возражать — это естественно, без всяких претензий.
При разговоре о копипасте ПВБС чаще всего звучит пример со шведской фолк-группой Hootenanny Singers, одним из лидеров которой был будущий участник группы BBA Бьорн Ульвеус. В 1964 году они выпустили песню "Gabrielle", мелодия которой практически один в один повторяет ПВБС. В СССР и на Западе долгое время ходили споры о плагиате. Авторами на пластинке были указаны два человека: Stig Rossner (псевдоним Стига Андерсона, будущего менеджера группы ABBA) и Bengt Thomas (Бенгт Томас). Оба они являлись авторами шведского текста песни, а не музыки.
Ситуация изменилась после 1973 года, когда Советский Союз присоединился к Женевской конвенции об авторском праве. После этого шведская сторона на более поздних изданиях стала указывать Аркадия Островского как автора музыки к этой песне.
В Израиле до сих пор распространена версия, что песня-молитва на иврите послужила основой популярной песни в России. Указывается, что израильский вариант появился в 1951 году, намного раньше песни ПВБС. Эта версия не имеет документального подтверждения. Документированное исполнение — на 20 лет позже.
В 1972 году израильский поэт и композитор Гиди Корен написал для ансамбля бронетанковых войск ЦАХАЛа текст на иврите на мелодию ПВБС. В израильском варианте песня получила название "Письмо Богу" (Michtav Le Elohim) или "Боже, храни маму" (Elohim Shmor Al Ima). На израильских пластинках и в песенниках в графе "композитор" стоит пометка "Народная" или "Традиционная", имя А. Островского не указывалось.
Легендарный американский фолк-певец и борец за гражданские права Пит Сигер (Peter Seeger) включил песню в свой репертуар под точно переведенным названием "May There Always Be Sunshine". Он часто пел её на своих концертах вместе с залом, обучая американцев русским словам припева.
На немецком языке песня называлась "Да здравствует солнце!" ("Immer lebe die Sonne"). В ГДР она была обязательной для разучивания в немецких школах и исполнялась детскими хорами на всех крупных фестивалях.
Песня живёт в современных неожиданных жанрах. В джаз-версии её исполняет российское вокальное трио Trio EasyTone. Ими сделан ретро-джаз кавер с совершенно новым свинговым звучанием. С развитием нейросетей и интернета в последние годы стали рождаться кавер-версии этой песни в стиле классического советского пост-панка (в духе группы "Кино") и тяжелого рока.
Густав Малер когда-то написал, что традиция это не поклонение пеплу, а передача огня. Отчасти в таком аспекте многократные творческие отклики на советскую, в общем-то, непритязательную песню можно рассматривать как высокий комплимент ей. Точней — композитору А. Островскому.
Выше названы примеры заимствования музыкального строя песни ПВБС. Но её успех, подтолкнул и к поиску более ранних истоков, предшествующих написанию ПВБС. Следует отметить, что именно эта сторона — то ли заимствования, то ли плагиата, существенна и касается самой песни. Поэтому требуется самое серьёзное отношение. Ранее рассмотренные кавер-мелодии не могли влиять на завоевавший мир шлягер. Это личная проблема нарушения авторских прав композитора.
Наиболее близко по мелодии сравнение с песней, почти вплотную предшествовавшей песне А. Островского. В музыкальных кругах из-за поразительного сходства мелодий популярен тезис о заимствовании музыки песни ПВБС из фильма "Пожнешь бурю" (Inherit the Wind, 1960) композитора Эрнеста Голда. Основная тема припева ПВБС практически полностью совпадает с инструментальной темой из фильма Стэнли Крамера.
В фильме эта музыка сопровождает шествие религиозных активистов, протестующих против преподавания теории эволюции. Эрнест Голд написал для картины маршевую тему, которая в советской песне приобрела радостный характер.
Можно заметить, что этот путь поиска прототипов и заимствований дополнительно усложняется из-за того, что каждый из сюжетов может восходить к более ранним первоисточникам. Некоторые исследователи находят сходство обеих композиций с классическими произведениями, в частности с работами Ференца Листа ("Венгерский марш"). Существует мнение, что в основе лежат архетипичные маршевые ритмы, характерные для европейской музыки начала XX века.
Реинкарнации мелодий успешных песен — это не колода карт в руках уличного жулика: что хочу — ворочу. Вот в фильме убедительно звучит марш. Подснята колода, и слышится бодрая солнечная песня. Лёгкое движение, и отягчённое звучание тянет на молитву. А для свидетельства честности слышны отзвуки детского голоска — ну чем не отзвуки исполнения Тамары Миансаровой. Конечно, в этом вальсирующем перепеве невозможно принять вариант, в котором в лучших традициях напёрсточников втиснуто приблудное имя композитора.
Кто чувствует в себе силу — разбирайтесь. Я лапки поднял и в сторонку отошёл.
Подытоживая заявленную тему, можно сказать, что в сухом остатке все, кроме авторов и чистоплюев в выигрыше: в фильме хороший марш, в мире несколько популярных песен, а у особо положительных — почти молитва. Неисповедимы пути господни... Как не вспомнить строчки Анны Ахматовой:
Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда
В искусстве существует огромная разница между плагиатом (когда чужую мелодию выдают за свою) и осознанной аллюзией, цитированием или стилизацией. Большинство великих композиторов опирались на музыкальную базу, созданную до них, считая это преемственностью поколений. В истории советской и мировой музыки было немного композиторов, которые открыто признавались в сознательном заимствовании чужих мелодий.
Один из самых известных примеров — Владимир Шаинский. Он не скрывал, что его знаменитые жизнерадостные детские песни и эстрадные хиты зачастую отталкиваются традиционного еврейского фольклора (клезмера).
Среди известных композиторов, которые не боялись признавать использование чужих музыкальных элементов или открыто декларировали это как творческий метод, выделяется Игорь Стравинский. Великий русский и американский композитор XX века возвел заимствование в ранг высокого искусства. Ему приписывают знаменитый афоризм: "Хорошие композиторы заимствуют, великие — крадут".
Он создал балет "Пульчинелла", который практически целиком состоял из переработанных им тем итальянского композитора XVIII века Джованни Перголези и его современников. Стравинский открыто заявлял, что взял эту музыку и вдохнул в нее новую жизнь.
Знаменитый британский автор мюзиклов Эндрю Ллойд Уэббер ("Призрак Оперы", "Кошки", "Иисус Христос — суперзвезда") — один из самых критикуемых композиторов за бесконечные повторы классики. Уэббера неоднократно обвиняли в заимствовании тем у Джакомо Пуччини, Мориса Равеля и Мендельсона. На подобные претензии композитор всегда отвечал, что "цитирование великих предшественников" — это нормальный язык современного музыкального театра.
Главный кинокомпозитор Голливуда Джон Уильямс ("Звёздные войны", "Индиана Джонс", "Гарри Поттер") признавал, что использовал оркестровые приемы, лейтмотивы и музыкальный язык Рихарда Вагнера, Игоря Стравинского. Саундтрек к "Звёздным войнам" во многом опирается на симфоническую сюиту "Планеты" Густава Холста. Уильямс подчёркивал, что режиссер Джордж Лукас изначально просил его ориентироваться именно на классическую музыку позднего романтизма.
Массовая песня — особый жанр. В подавляющем большинстве случаев главная цель песни не музыкальное достижение, а лёгкость восприятия. Должно, как говорят, ложиться на ухо, запоминаться: хочется без напряжения вновь и вновь петь, а то и "мурлыкать" себе под нос. Эта песня в действительности оправдывает своё второе название: "Солнечный круг". Она породила светлый солнечный круг и своим многоязыким распространением и шлягерами, использовавшими музыкальный строй песни.
Мне кажется, нюансировка существующей музыкальной основы песни для массового потребителя не требует расследования истоков. Важен плод. Если он многим кажется вкусным — приятного аппетита.
Профессионалы, естественно, могут зафиксировать нюансы и оценить величину вклада или ущерба каждого из авторов запущенного в мир шлягера. С широким охватом каждому по заслугам раздавать тумаки и плюшки...